«Не отрекаются, любя». Старинная салатница стала талисманом для счастливой семьи

Наверное, никто никогда не подсчитает, сколько книг и стихов написано о любви и сколько снято фильмов об этом прекрасном чувстве. Но история каждого человека индивидуальна. Кто-то познает любовь в полной гармонии с самим собой и партнером. А у кого-то, и таких людей, к сожалению, немало, судьба складывается драматически или даже трагически. Обман, предательство, эгоизм и подлость – вот далеко не полный перечень того, что может встретить любящий человек в ответ от другого. Наш рассказ об истории, которая началась в далекие 70-е годы, а отголоски её длятся до сих пор.

«Счастливого пути»!

— До начала 70-х годов прошлого века мы с семьей жили в Бирске, — рассказывала мне ныне покойная жительница Уфы Надежда Александровна. – Неподалеку от нас проживала семья с единственным ребенком – высоким, плечистым и красивым парнем Алмазом.

Его немолодые родители, преподаватели местного педагогического вуза, души не чаяли в своем сыне. Алмаз вырос, окончил школу, отслужил в армии. Но остепениться никак не мог. Подолгу не работал ни на одном месте. Дружил то с одной, то с другой девушкой. Немало сердец он тогда разбил. Еще бы! Хорошо играл на гитаре, имел неплохой слух и голос, а по выходным иногда выступал гитаристом на танцах в районном доме культуры в составе местного вокально-инструментального ансамбля «Бубенцы». В основную группу его не брали. Там нужно было постоянно репетировать, а он трудиться не любил.

Надо сказать, что родители Алмаза всегда старались приодеть по последней моде свое чадо и не жалели денег фарцовщикам за фирменные импортные шмотки. Для того времени он был привлекательный кавалер в глазах местных девушек.

Но, видимо, провинциальный Бирск и местные барышни в какой-то момент наскучили парню, и родители достали сыну путевку в Анапу в престижный санаторий. А это было совсем непросто в то время. Что за болезнь с ним приключилась, неизвестно. Скорее всего, ничем Алмаз и не болел, а просто ему захотелось гульнуть на берегу Черного моря.

Когда через месяц вернулся домой, то объявил, что женится, и через некоторое время привез свою избранницу – стройную 18-летнюю русоволосую зеленоглазую девушку Галю.

— Коренная лениградка, — хвалился перед друзьями Алмаз.

Сыграли свадьбу. Родители Алмаза купили сыну дом неподалеку. Галина устроилась работать лаборантом в Бирский пединститут, а Алмаз по-прежнему менял места работы как перчатки, любил выпить и погулять в шумной компании. Молодая жена на людях делала вид, что ничего не происходит. Было очевидно, что она пыталась сохранить семью.

— В темный февральский вечер 1972 года я случайно встретила их обоих на улице, — вспоминала Надежда Александровна. – Впереди, в расстегнутой модной шубе на искусственном меху, шел чем-то очень довольный Алмаз, а сзади шагов на десять со слезами на глазах плелась Галина.

Кинулась к ней. Девушка обреченно ответила, что Алмаз обвинил ее в бесплодии, а сегодня утром объявил о разводе и после подачи заявления в ЗАГС потребовал немедленно покинуть дом.

— Сейчас ходила в паспортный стол выписываться, а перед этим уволилась из института, — всхлипывая, рассказала Галина. – А он всё время контролировал меня. И даже обходной лист в отделе кадров пообещал за меня потом оформить – так торопился. Иду собирать вещи.

И, тяжело вздохнув, обреченно добавила: «Я не хочу больше жить!»

— Что ты, выброси эти мысли из головы! — возразила Надежда Александровна. – Не стоит он таких жертв!

-Я ведь ещё в Анапе умом понимала, что ничего хорошего от Алмаза ждать не стоит, — снова вырвалось у Галины. – Но он так заморочил вчерашней школьнице голову, что я эту голову и потеряла.

Ясно, что оставлять человека в таком состоянии было нельзя, и Надежда Александровна пошла вместе с ней. Сборы были не долги – пять минут, не больше. А пока бывшая жена складывала свои нехитрые пожитки в небольшой чемоданчик, Алмаз, развалившись на диване, сквозь густые клубы табачного дыма довольно ухмылялся и наблюдал за этим процессом.

Он все точно рассчитал – развод удалось пропустить через ЗАГС, а не суд, а значит и без лишней волокиты, и Галину получилось вытурить из дома в один день.

Когда женщины пошли на выход, вслед им сквозь смех донеслось: «Счастливого пути!»

 

Открытка из Ленинграда

— Ты же ещё совсем молодая, все впереди, не отчаивайся, — уговаривала Галину Надежда Александровна по дороге на автобусную остановку.

Там девушка поставила на снег свой чемодан, достала из него небольшую салатницу старинной работы и протянула своей провожатой.

— Вам на память, — сказала Галина. – У меня больше ничего нет. Это салатница моей бабушки фирмы «Гарднер». Ей больше ста лет. Спасибо вам за поддержку и сочувствие, а то я уже хотела руки на себя наложить.

— А ты напиши, когда все образуется, — ответила ей Надежда Александровна.

Скрипя подъехал облезлый «ПАЗик» и Галина, не оборачиваясь и не прощаясь, вошла в него.

— Через год и мы с семьей перебрались в Уфу, — продолжаларассказчица. – Летели годы, но я всегда помнила тот вечер, и эту милую, и несчастную девушку. И салатницу берегла, как зеницу ока.

Через шесть долгих лет под Новый год мама Надежды Александровны, которая тогда жила в Бирске, переслала ей открытку от Галины из Ленинграда. Пришла она поначалу на старый адрес. Новые хозяева дома ее не выбросили, а отнесли по назначению. В своем послании Галя писали, что у нее всё благополучно и приглашала в гости.

— У меня, наконец, отлегло от души, — вспоминаламоя собеседница.

Но в северную столицу удалось поехать только в 1982-м. Радостная встреча в Пулковском аэропорту. Уфимскую гостью встречала не одна Галина. С ней был ее муж Вадим – капитан, военный медик. У них уже росли две дочки. Невооруженным глазом было видно, что в этой семье все благополучно. Об истории десятилетней давности за праздничным столом, естественно, никто не вспоминал.

— На бирском автовокзале к вечеру билеты остались только до Янаула, — заговорила Галина, когда они с гостьей ближе к ночи оказались одни на кухне её уютной и просторной трехкомнатной ленинградской квартиры недалеко от центра города. – Туда я и поехала, как в бреду. Мне было все равно куда. Лишь бы подальше прочь от Алмаза. На янаульской станции купила билет до Свердловска и в поезде немного пришла в себя. Повернула назад и на последние деньги в общем вагоне добралась до Костромы, где в ракетной дивизии служил офицером мой старший брат Игорь. Последние километры до воинской части шла пешком – в кармане у меня не осталось ни копейки.

Брат тут же взял отпуск и повез сестру в родной город на Неве. Человек он оказался настойчивый и добился для Галины работы, места в общежитии и, главное, временной прописки на шесть месяцев с условием предоставить в этот срок документы о разводе. Сыграло свою роль и то, что их покойные родители всю войну провели в блокадном городе, Галина родилась и жила там до 18 лет, а, уезжая в Бирск, сдала, а не обменяла родительскую квартиру.

— Когда я получила через четыре месяца свидетельство о разводе из БирскогоГорЗАГСа, а потом поменяла паспорт на прежнюю фамилию и получила, наконец, постоянную прописку, счастливей меня не было человека на свете, — восклицала она. – Я снова стала полноценным жителем своего родного города!

Новую трудовую жизнь Галя начала в управлении садово-паркового хозяйства северной столицы, где занималась высадкой и разведением цветов. И хотя выбор профессии был случайным, цветоводство пришлось ей по душе. Работала не покладая рук, а через два года поступила по своей специальности на вечернее отделение института, который потом успешно закончила.

— Начальство меня ценит и поддерживает, — продолжала Галина. – А, как-то заехав в один из парков, работу моей бригады похвалил и поставил другим в пример сам Григорий Романов – член Политбюро и первый секретарь ленинградского обкома партии. Даже поговорил со мной пару минут.

Григорий Васильевич расспрашивал девушку о работе, интересовался кто такая и откуда, а на прощанье пожелал удачи. Какой переполох после этого был в управлении — корреспонденты, фотографы набежали!

— А по правде говоря, я уходила с головой в работу и учебу, чтобы забыть свой тот короткий период жизни, — констатировала бывшая жительница Бирска. — Но самодовольное лицо Алмаза и те нечеловеческие унижения, которые испытала, когда он выгнал меня из дому, забыть не удастся, видимо, никогда.

С Вадимом Галина, оказывается, познакомилась не случайно. Работая над цветником в городе, она обратила внимание на молодого человека в военной форме с лейтенантскими погонами, который стоял в сторонке, мялся и около часа наблюдал за ней. Потом также, молча, ехал в общественном транспорте и шел за девушкой до самого общежития.

— На следующий день я о нем почти забыла, — смеясь, вспоминала она. — Мало ли чудаков на свете. А вечером, возвращаясь с работы у дверей общежития, снова встретила Вадима в гражданской одежде и с букетом цветов. Так завязались отношения, а через год мы поженились. Жили сначала в общежитии, потом, когда появились наши дочки, я получила на работе эту квартиру. Похоже, начальство не забыло похвалу в мой адрес со стороны «хозяина» города, как называли тогда Романова.И карьера у Галина тоже пошла вверх

 

Все с начала

После развода с Галиной Алмаз успел официально жениться и развестись еще два раза. А сколько неофициально, точно не знает никто. Родители женского сердцееда умерли в конце 1980-х, и содержать его стало некому. От спиртного и бесконечных разгулов Алмаз обрюзг и опустился. Вместо черных как смоль кудрей до плеч, которыми завлекал девушек, выступая на танцплощадке в Бирске, у него появились седина и глубокие залысины. И стал Алмаз никому не нужен. Детей у него тоже не было. Значит и обвинение, которое он бросил Галине в том, что она виновата в отсутствии детей, было несправедливым и подлым.

А когда в 1990-е году в стране начались рыночные реформы, Алмаз и вовсе оказался не у дел. И вспомнил бывший гитарист бывшего бирского ВИА «Бубенцы» о питерской девушке Гале и занялся ее поисками.

— Какие-то отголоски видимо до него доходили, – рассказывала Надежда Александровна, — Не зря же жильцы нашего прежнего дома получили открытку из Ленинграда в далеком 1978-м. Да и маме я говорила, что у Галины всё благополучно, а сама она на хорошей должности в северной столице.

Первым делом Алмаз отправился к моей маме. И хотя она уже серьезно болела, тем не менее, решительно выставила этого типа за порог. Не успокоившись, Алмаз сумел «выловить» и меня, когда я приехала в очередной раз в Бирск.

Первый муженек Галины начал плести что-то про желание начать все сначала, вновь вспыхнувшее чувство и сетовал на ошибки молодости, настойчиво выпытывал петербургский адрес, телефон и пытался узнать нынешнюю фамилию своей бывшей супруги.

— Противно всё это было слушать, — вспоминала Надежда Александровна. – Человек, который привык жить исключительно для себя, способен только на то, чтобы в очередной раз отравить жизнь других людей и нарушить их семейный покой. Я развернулась и пошла прочь от него.

Галина сейчас на пенсии, но и после достижения пенсионного возраста, долго работала руководителем в «цветочной» сфере в одной из структур питерской мэрии. Подтянутая, обаятельная женщина, которой ни в коем случае нельзя дать ее возраст.

Вадим окончил в 80-е военно-медицинскую академию, дослужился до полковника, работал в военном госпитале. Сейчас тоже на пенсии.

У них взрослые внуки, а одну из внучек зовут Галина. Девушка заканчивает вуз. Такая же зеленоглазая и светловолосая, как и еёбабушка.

А та самая салатница фирмы «Гарднер» долго стояла в посудном шкафу сипайловской «панельки» Надежды Александровны на главном почетном месте.

Пока хозяйка была жива, иногда в Уфу на день-два прилетала Галина.

— Как зайдет в зал, всегда краешком глаз тревожно смотрит: на месте ли салатница, — смеялась собеседница. – Увидит, что она там, где и была в прошлый раз, сразу успокаивается и говорит, что это ее талисман. Пока он цел и находится у меня, то значит и у неё в семье всё будет в порядке. Поэтому, мне нужно жить и жить. А как сейчас дела у Алмаза, я не знаю, и знать не хочу.

Надежды Александровны к сожалению, уже нет в живых, но салатница не пропала, а перекочевала к её родной внучке Ирине, которая тоже взялась её беречь как зеницу ока, о чем сразу и сообщила в Питер.

…Сюжет рассказанной истории стар, как этот мир. Прохвост и болтун сначала морочит голову девушке, а потом, когда она ему надоест, безжалостно вышвыривает как ненужную вещь. Когда сам оказывается на обочине жизни, начинает давить на жалость, ищет тепла и сочувствия у однажды преданного и растоптанного им человека. У героини этой истории все закончилось благополучно. И произошло это потому, что в самый острый и тяжелый момент, рядом с ней нашлись люди, которые поддержали словом и делом, а она сама нашла в себе силы изменить собственную судьбу.

Евгений КОСТИЦЫН

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.